Временами я вспоминаю одну сцену из «Гарри Поттера», эта книга для меня, я каждый раз как бы прошу прощения за её неакадемичность и нехудожественность, но она стала своего рода увлечением, она как бы отправляет меня в некое пространство, где мне мысленно хочется находиться и содержит в себе отражения эпохи в которой на нас наступает западная культура. Во многом на меня еще повлиял фильм. Я больше не смотрю кино. Большинство картин для меня чрезмерны и потому лишены вкуса. Старые требуют пересмотра, какой то бессмысленной работы, анализа, часто оказываются не тем, чем казались раньше, временами, смотрение кино как будто режет мне голову, и я понимаю, что большинство режиссеров — фашисты на другом уровне, но не догадываются об этом, о том, что наше воображение тоже нуждается в гигиене. Гарри Поттер был в числе последних фильмов, которые я пересмотрела. Я люблю вспоминать сцену волшебной подземки с общим залом, куда попадают служащие министерства магии, когда идут на работу. Привожу здесь цитату из книги:
«Огромный атриум казался более тёмным, чем тот, какой запомнился Гарри. Раньше в центре его бил золотой фонтан, отбрасывавший переливистые пятна света на полированный деревянный пол и стены. Ныне над всем царила колоссальная статуя из черного камня. Выглядела она устрашающе — огромное изваяние колдуна и колдуньи, которые сидя на украшенных резьбой тронах взирали сверху вниз выкатывавшихся из каминов чиновников Министерства. На цоколе статуи были выбиты слова Магия — Сила…
Приглядевшись внимательнее, Гарри понял — то, что он принял за украшенные резьбой троны, было на самом деле курганами, сложенными из человеческих тел: сотни и сотни голых мужчин, женщин и детей, все с туповатыми, уродливыми лицами, были переплетены и спрессованы так, чтобы выдерживать вес облаченных в красивые мантии колдунов.»
Министерство магии навевает на меня размышления о том месте в надмирной области, где должны решаться судьбы человечества. Какой дух там царит?.
Олимпийские игры — всего лишь подражание.
Всего лишь подражание величию богов. Можно понимать это по разному, но величие у богов идет от величия природы, и сами боги — скрытые силы природы. Можно найти величие, в порывах ветра, в полете орла, в смирении животных перед наступающей зимой, и это будет подлинный дух величия. У людей величие часто идёт от того, что они любят представлять себя кем-то великим. Может это не так плохо, иметь порывы величия в душе, хотеть сделать что-то великое, только портят всё деньги и чьи-то коварные замыслы, которые превращают, казалось бы, безобидные увлечения людей в грабёж по отношению к природе и другим людям.
Индустриализация. «Метрополис», фильм.
Когда переезжаешь по одному из мостов через Рейн в одном немецком городе, то с него открывается вид, который чрезвычайно похож на те кадры из «Метрополиса», которые в те времена снять с натуры было нереально, их делали при помощи мультипликации, там, где в городе будущего по висящим в воздухе дорогам двигались автомобили и всё это напоминало дыхание и пульсацию какого то организма, которым являлся тот город, с его демонической топкой и обреченными вечно трудиться рабочими, с детьми, которых растят как цветы, и держат на другом этаже. Тогда уже предвидели наступление этой реальности. Панорама висячих дорог из фильма до смешного напоминает вид из окна автобуса, когда проезжая по одному мосту, видишь еще два моста на горизонте, по которым плавно проплывают смешные маленькие грузовички, один за одним, непрерывно. Теперь вид на мосты Рейна на сулит приятных впечатлений. Сам Рейн временами прекрасен, в большинство дней он может быть серым, но был один такой день, то ли солнце светило в этот день по особенному, так что он подсвечивался золотым светом, и был красив, как желто-голубой топаз. Удивительно, что Рейн ещё живой, несмотря на всё, что с ним сделали, и весь тот индустриальный хлам на его бегах хочется смести с лица земли, чтобы не осталось ничего, кроме чистой природы. Тогда Рейн будет снова богат, а пока он беден. Все время смотришь и думаешь, какая же она, настоящая здешняя природа? Какой она могла быть до прихода человека? Здесь только кажется, что растительность проста и не ничем не поражает. Здесь насадили деревьев, которые цветут — как пожар — до того они яркие, повсюду розовые магнолии Суланжа, ярко красные японские камелии, фиолетово-красные рододендродоны, темные буки с бордовой листвой, гигантские голубые гортензии, как будто нарисованные на картинке. Магнолия Суланжа — гибрид, не настоящая магнолия, темные листья у буках тоже искусственно выведены. В Альпах существует природный вид рододендродон ржавый, цветы у него не такие яркие, как у видов из Азии и Японии.
Почему считается, что людьми кто-то управляет?
Здесь можно привести три важных тезиса из Рудольфа Штайнера «Действия Ангелов в астральном теле человека»:
- «Человек древности обладал душой характера.»
- «Современный человек должен обладать душой сознательной.»
- «Человечество всегда шло неправильным путём.» Штайнер пишет об особой отрицательной роли медицины, которая будет всем нравиться.
Помните, как в сказке про Емелю: «по щучьему велению, по моему хотению»? Не по велению Емели, у Емели же из своего личного — только хотение. Он же по сказке ещё и ленивый! Не потому что лежит на печи. Печь, кстати, тоже нечто интересное, печь — это что-то, на чём Емеля может здорово ездить. Печь — не он сам, не его внутреннее «я», и не его тело. Многие не чувствуют разницы между такой «печью» и собственным телом, пока их не разделили. Когда же их разделяют, то происходят странные вещи, ты как будто червяк с исчерпанными возможностями, а над тобой постоянно вертится какая то мельница, которая раньше тебя постоянно подгоняла, и была с тобой чем то одним. Но в раннем детстве её нее было. Тогда начинаешь замечать, что другие люди напоминают вертящиеся мельницы. Некоторые ни на минуту не останавливаются. Некоторые люди сидят в аудитории, или едут в транспорте и трясут ногами, или постоянно теребят в руках какой-то предмет. Емеле печь нужна для того чтобы он своё желание — не сам делал. Не силами своей души. Сам он так не сможет, для этого надо в душе найти отклик, или хотя оправдание. Печь — средство, которое не делает из него Дориана Грея, но позволяет каких то вещей добиться, которые сам он не сможет, потому что нельзя так вот прийти и сказать какие то вещи, а нужно чтобы «кто-то» за тебя говорил. Нельзя сразу получить, всё что тебе хочется, а с печью может получится. В этом и есть загадка искушения дьяволом. Есть такие люди, которые по своей энергетике, по быстрым, грубым движениям напоминают луженные шары, которые катятся, везде прокладывая себе дорогу. Они могут замечать, что они кого-то зацепили, кого-то задавили, замечает при этом их внутреннее «я».
У отцов церкви есть мысль о том, что наш мир продолжает быть языческим. Кто же всех нас сделал язычниками? Потому что мы едим животных. Уберите это и изначальная греховность исчезнет. Это будет подобно развязыванию цепей, сковывающих Прометея.
Подумайте о многочисленных очагах страдания, которые мы содержим. Мы никогда не будем счастливы. На какой-то из ступеней духовного развития это становится очевидным. Почему это невозможно остановить? Люди перестают быть собой. Теряют себя. Это в сущности не они.
Это большая загадка, но я убеждена что за людьми никто не следит. За каждым конкретно взятым человеком уследить невозможно. Понять, как думает человек. Люди теряются. По мере жизни теряются, по мере взросления, старения, и если с ними случается что-то нехорошее. Иногда этот процесс растягивается на многие годы, у кого-то и в молодости наблюдались странности, а с возрастом странности усиливаются. Люди не склонны видеть в этом сверхъестественное. Мы мало верим в людей вокруг нас, они остаются неоценённые и неразгаданные где-то далеко в своём детстве. У каждого был короткий период в детстве, когда он мог быть самим собой. Потом человека начинают переделывать: его родители начинают его воспитывать, но самих их раньше кто-то уже воспитал, и они делают его по своим меркам, готовят для него «платье», или «костюм». Среди детей не бывает некрасивых, а среди взрослых предостаточно, тем более, если доброта не читается на их лицах.
Если человек — глаза вселенной, он передаёт информацию из материального мира в идеальный. Чтобы создать идеальный мир, нужно его увидеть, описать, может и рай сам по себе не создавался, а при помощи небесных компьютерных технологий. Мы с земли передаём данные, там они организуются и творится мир идей. Поэтому человек должен исследовать материальный мир, и если уж создавать, то создавать прекрасные вещи. Первостепенной задачей человека является уменьшение чужих страданий. Пусть мы все заскучаем, но дальше начнётся что-то интересное.
На нас влияет всё грязное, что мы создаём. Мы передаём эту информацию в наше коллективное подсознательное. Я называю коллективное подсознательное «вторым слоем». Мы совсем не знаем механизмов по которым перераспределяются силы в коллективном подсознательном. Очевидно, что многие процессы в обществе возникают не сами собой, а как будто кто-то невидимый даёт распоряжение, и тогда все коллективно сходят с ума. На многое люди не имеют права. Фермы, птицефабрики, всё лишнее, что мы держим у себя, и без чего можно обойтись. Нам не нужно такое количество еды, машин, детей, одежды и многого другого. Даже холодильники в продуктовых магазинах можно было бы не содержать. Веганам не нужны холодильники. Если собрать все холодильники во всем мире, представляете, что это за число? В каждом магазине несколько больших холодильников, которые постоянно работают, в них загружается все новое и новое мясо. Проходишь мимо такого холодильника, а это как стеклянный гроб, только лежит в нём не красиво убранная Белоснежка, а куски мяса. При виде похорон где-то на соседней улице принято испытывать скорбные эмоции, а здесь — ничего. Ничего ли это на самом деле? Что творится в это время в той закрытой комнате подсознания? Как же надо себя убеждать на протяжении многих поколений, что без мяса никак не обойтись. На самом то деле другой еды предостаточно, и она ничем не хуже мяса и молока. Можно даже есть рыбу в небольшом количестве.
Люди убивают высокоразвитых существ, практически таких же, как они сами. Если понаблюдать за животными, то чувствуешь, что у них много общего с нами, удивляешься этому чуду эволюционного развития. Ты думаешь — вот это да, у них такой же нос, глаза, они чихают, моргают, ходят на своих четырех ногах, держатся вместе. И мы точно также.
Но что должно нас направлять, быть важным? Для чего миллионы людей молятся в церквях? Они не хотят умирать. Могла бы у них быть уверенность в том, что они будут существовать после своей смерти? Ведь на самом деле такой уверенности с них нет. Могли бы они на практике реально убедиться, что они не исчезнут, представить, как они будут себя ощущать, что будут видеть. Разве это не странно, что людей приучили верить в некие даже не понятия, а слова. Рай большинства людей — это просто слова. Может ещё в детстве можно пытаться представить, а какой он этот рай, как он выглядит. Потом, я убеждена, что коллективные представления большинства людей, они влияют на нас, и там о жизни после смерти ничего нет. Они не думают об этом реально, они туда не стремятся. Таким образом в активном сознании людей тонкоматериального мира не существует, они не включают его в свою карту мира. Где он находится в их представлениях? Рай для них, как нарисованный очаг, который Буратино протыкает своим носом.
Мы не знаем, как верили в рай древние греки. Они верили в рай, как в вымысел, в который неизвестно как попадешь? Как чистое волшебство, просто откроешь глаза и ты в раю. Но таким же образом можно верить в то что я смогу летать. Может и нужно верить, но нужно уметь разделять мир реальный и тонкоматериальный. Потому что мы сейчас точно так же верим во многие вещи, которые портят нам жизнь. Мы верим, в принципе, в инопланетян. Я не знаю как именно люди в них верят, но никто же не говорит, что инопланетяне как призраки, или привидения, кто-то не из нашего материального мира. Всё так подводится, что мы должны ждать реального появления их тарелок.
Или же древние греки верили, что единственное, что связывает человека с тонкоматериальным миром это сон, и чудес здесь не будет, вот можешь ты что-то сделать во сне, вот это всё, что у тебя есть, т.е. нет никакого рая, кроме того, до которого ты можешь добраться во сне.
Сегодня мы уже можем сказать на основании наших познаний, что рай может являться энергетическим образованием. Тут я подумала, что сказать это, я например, могу не на основании современных познаний, а из книг Карлоса Кастанеды. Современные познания можно уже потом рассматривать и подключать, но изначально они не говорят о том, что мир состоит из энергии. Если рай состоит из энергии, тогда возникает вопрос, а могут ли влиять на это энергетическое образование наша сеть радиовещания, например, или наши электростанции. Можем ли мы случайно разрушить рай? Чем мы должны быть, чтобы существовать без тела? Могут ли на нас повлиять многочисленные электрические и радио приборы?
Из доступных нам других состояний сознания мы имеем право только сон и медитацию, можно еще называть контролируемое сновидение, но это напоминает либо расстройство сна, либо программу его улучшения, которая не помогает.
Все нуждаются в том, чтобы получить выход своего сознания в общее информационно-энергетическое пространство. Не хочется называть это выходом за пределы сознания. Хочется называть это путешествием в другой мир. Обычно нам не удается сохранить наше сознание, оно либо себя не держит, либо находимся во сне в неправильном месте. Может пространство сновидения тоже должно быть живым? Потом мы не знаем, чтобы мы встретили, если бы нам удалось в сознании попасть в какое-нибудь реальное место за пределами нашего мира. Реальное, надо подразумевать — не плод нашего воображения, там где есть что-то отличное от нас. На подсознательном уровне, многие люди хотят этого. Я не люблю компьютерные игры, в детстве сама очень хотела в них играть, а теперь не люблю отсутствие культуры, которое несёт это пласт взрослых людей. Они даже не понимают, что не они хотят играть, им то не нужна эта каша в голове, их духовное тело требует чего-то такого, и на самом деле играть в компьютерные игры надо во сне. Только это не должна быть война. Можно летать, или ездить на чем-то. Мне кажется даже, это могла быть развивающая программа для нашего ума и тела.
Веганские острова 