Веганские острова

У меня в друзьях на фейсбуке есть множество людей которых я не знаю и среди них одна художница из Австралии. С самого начала она наиболее выделялась из всего остального сумбура и сумасшествия, простотой и ясностью своей страницы. У неё неплохие рисунки, и когда я сейчас захожу в книжный магазин, беру в руки какую-то детскую книгу, то было бы неплохо найти там нечто похожее на ёё живопись. На её странице есть только рисунки и фотографии природы вокруг её дома — её самой как бы нет, но она пишет о своих больших проблемах со здоровьем. Как и большинство творческих людей она напоминает мне работающий печатный станок, который взвалил на себя миссию постоянно извлекать из себя новые и новые образы. И когда сами творческие люди называют это «болезнью», они даже не понимают, что их истинный ум при этом совсем не шутит, а называет вещи своими именами.
У неё я увидела фото фермы, я не знаю была ли это её ферма, или нет, но я почему то написала ей о том, что не очень хорошо — держать у себя животных. На фото были телята в отсеках для кормления. Я не думала, что она будет отвечать, но она сразу же ответила, как будто бы моё замечание относительно того, что все животные в неволе находятся в рабстве, могло её обидеть. Она уверяла, что телятам на её ферме живётся очень хорошо, они свободно гуляют, просто их приходится кормить таким образом, потому что они воруют друг у друга еду. Первое, что я подумала — какая дикость! Воровать друг у друга еду. А почему они это делают? Может, живя в дикой природе, они были бы совсем другими телятами? Может это не их судьба?
В Австралии наверно ещё есть живая природа и дикие животные. Тогда ещё есть пространство для человеческих душ. В Украине тоже оставалось, там ещё города не полностью поглотили сельскую местность, и можно ещё долго ехать из одного села в другое по незаселенной территории. В Германии диких мест почти не осталось, в той местности в которой я живу, сёла и города как бы равномерно разрослись в одну сеть, один город заканчивается, сразу начинается другой, или пригород. В городе можно встретить кроликов прямо на улице, и удивляешься тому, где они находят места для обитания, когда вокруг всё застроено домами, они вынуждены жить в палисадника между дорогой и жилым домом, или в парке, где всё ухожено, пострижено, и спрятаться им там негде. Утки и гуси плавают в городских прудах, их никто не трогает, здесь все накормлены сверх меры. Я потом поняла, что в Украине в городах тоже могли бы быть какие-то дикие животные, которые водятся в нашей местности, а я вот даже и не знаю, какие бы это были животные, лисы, кабаны или кролики, их в наших городах не было не из-за плохой экологии, как обычно у нас любят говорить, а потому что их бы просто съели.
Когда я переходила с вегетарианства на веганство, в моём сознании что-то изменилось и я стала замечать новые вещи. Я только что приехала в Германию, и гуляла возле маленького зоопарка, похожего на декоративную ферму. Там содержались альпаки, овцы, козы, куры и попугаи. Я смотрела на семью альпак, и ко мне пришло понимание того, что они — такая же семья, как и у людей. Они смотрели как люди, и казалось, о чем-то думали. Может быть они способны жить духовной жизнью, в отличие от людей. Ведь жить духовной жизнью не значит читать умные книжки и морализировать — не надо путать духовную жизнь с интеллектуальной. Духовная жизнь, это активная способность души быть, находиться и что-то менять в тонком мире, и в конечном счете образовывать этот мир. Людям мешает жить духовной жизнью то, что они зациклены и постоянно думают. В том зоопарке альпаки казались пришельцами с другой планеты. Иногда мне кажутся пришельцами простые скворцы, из-за их «радиоголосов», и из-за того, что весной они так внезапно появляются. В альпаках тоже было нечто не от мира сего, и в зоопарке они были явными пленниками. Казалось, они тревожно чего-то ждут. Овцы и козы воспринимались совсем иначе, как будто бы это не были живые овцы и козы, а что-то с ними стало, что они начали превращаться в живые игрушки. Поведение их не было похоже на коз и овец, которых ещё можно встретить в сёлах в дикой местности, они почти не двигались, они были толстыми и ленивыми, овцы не обращали на людей никакого внимания, а козы подходили к ограде, чтобы люди их гладили.
Всё время мелькала мысль, ах, как хорошо бы вернуть альпак на родину! Посадить на самолет, и вот они, может даже впервые видят свои родные места. Представляете, сколько там всего у них появиться! Здесь их сделали нищими. Все животные в зоопарке это понимали, и никогда не бегали. Действительно, куда можно бежать, если через 100 метров забор. А в дикой природе — безграничность, они погружены в неё. Поскольку животные не думают как люди, они должны видеть природу по-другому, у них она оживает. Лес становиться синим, грозовым и зовущим. Ветки колышутся медленнее.
Тот факт, что животные были помещены в искусственное пространство, поделенное на квадраты, поразительным образом напомнил мне о человеческих снах. В них тоже всё было поделено на большие и маленькие участки, из которых не находилось выхода.